Кубат Рахимов об ЕАЭС: Кыргызстан на недискриминационной основе может работать на 180-миллионном рынке труда

Кубат Рахимов об ЕАЭС: Кыргызстан на недискриминационной основе может работать на 180-миллионном рынке труда

Интервью с экономистом, экс-советником премьер-министра Кыргызстана, исполнительным директором Общественного фонда «Аппликата – центр стратегических решений» (Бишкек) Кубатом Рахимовым.


- Что Кыргызстан на сегодня приобрёл и что потерял от вступления в ЕАЭС?

- 2 февраля 2022 года мы отметили 10-летие Евразийской экономической комиссии. Это был основной исполнительный орган, который взял на себя основную ношу в 2012 году по созданию собственно Евразийского экономического союза. И через 3 года союз состоялся. Тогда Кыргызстана в организации не было, комиссия работала на уровне так называемой евразийской тройки: Россия, Беларусь и Казахстан. В 2015 году, сначала Армения, потом Кыргызстан вступили в состав этого союза. Нас привлекали однозначно «четыре степени свободы»: общий рынок труда, капитала, товаров и услуг.

В 2022 году мы уже можем констатировать, где имеем выигрыш. Мы очень сильно выиграли по рынку труда. Потому что мы нетто поставщик рабочей силы, в первую очередь на российский рынок, во вторую очередь - на казахстанский. Выравнивание условий, отсутствие патентов, экзаменов и выравнивание налогообложения повлияли на несколько моментов. Первый - теперь Кыргызстан на недискриминационной основе может работать на 180-миллионном рынке труда. Это для нас очень важно, потому что Кыргызстан, как и большинство стран Центральной Азии, а также Азербайджан, развивались в направлении прироста населения, в отличие от европейской части бывшего СССР. У нас население выросло на 2 миллиона человек после распада СССР. Соответственно, у нас регион с избытком трудовой силы, и для нас очень важно, где будут работать наши люди. Отбрасываем популизм некоторых политиков, которые говорят, что создадут рабочие места легко и просто на эти 2 миллиона человек, потому что это не правда.

Соответственно, мы каждый год экономим порядка 250 миллионов долларов. Если брать с момента создания союза, то это уже приличная сумма, которая превышает 1 миллиард долларов. Экономим только за счёт того, что наши граждане не платят за патент, который обязателен для мигрантов. В Москве и Московской области и на Крайнем Севере самые дорогие патенты, а как раз туда в основном и едут наши люди. Соответственно, нет никаких ограничений на трудоустройство, в то время как граждане стран, не являющихся членами ЕАЭС, обязаны проходить полностью все процедуры, которые обозначены российским законодательством. Это очень немаловажно, взять хотя бы экономию на экзамене по русскому языку. Формально это не считается доходом государства (имеется в виду в данном случае РФ), но так или иначе там уже сформировалась своя инфраструктура, которая поглощает денежную массу мигрантов. И получается, что эти деньги тоже не доходят до родины. Кыргызстан входит в пятёрку тех стран, которые имеют более 25 процентов в ВВП от мигрантов, от денежных переводов. То есть представьте, какую роль для нас играл рынок труда. Это очень важно, мы выиграли здесь однозначно.

Второй момент. Хотим мы того или нет, Таможенный союз позволил решить многие вопросы, которые были у Кыргызстана в торговле с Казахстаном и Россией. Потому что мы убрали таможенные посты, отстроили правильную логистику для наших экспортёров, то есть были сняты ограничения. С другой стороны, Кыргызстан имел определённую долю доходов и достаточно весомую долю поступлений и в госбюджет от реэкспорта. При всем этом реэкспорт не запрещен таможенным кодексом ЕАЭС. Это один из легальных видов деятельности. Кроме того, в таможенном кодексе есть 6 методов оценки товара, которые позволяют гибко подходить к этому вопросу. И в этой конструкции Кыргызстан за эти годы, не нарушая законодательства, не нарушая наднациональной конструкции в целом, смог сохранить часть реэкспортного потока из того же Китая. Нравится это кому-то или нет, но это тоже доход нашего национального бюджета, потому что, когда товар поступает на территорию страны, входящей в ЕАЭС, то налог на добавленную стоимость попадает к нам в бюджет. И это нормально, когда есть конкуренция между странами, которые хотят, чтобы товар попал к ним. НДС не является многонациональным налогом, а пошлины, которые собирают в общий котёл, перераспределяются уже согласно правилам Таможенного союза.

Третий плюс, в моем понимании, это так называемый союз технических регламентов. До вступления в ЕАЭС у нас стандартов как таковых не было, приходила несертифицированная продукция из Китая, на которую в лучшем случае наклеивалась какая-нибудь бумажка с переводом. Мы не знали, что мы употребляем, насколько это опасно или безопасно и т.д. Теперь вся продукция сертифицирована, вся продукция проходит через фильтр, и у нас есть значок ЕАЕС. Эта стандартизация здорово помогла нашим производителям, потому что мы сразу после прохождения всех этих процедур получили доступ к общему рынку. А это немаловажно. Понятно, что экономика Кыргызстана с точки зрения экспорта не очень большая и конечная продукция в том виде, в каком мы привыкли её видеть на полках супермаркетов, может быть, не доходит до Москвы, Минска или Бреста. Но кыргызстанская продукция хорошо представлена с отметкой Евразийского экономического союза, например, в Казахстане и в Сибири. То есть на полках магазинов в Сибири можно увидеть продукцию made in Кыргызстан.

Также облегчились условия для импорта многих позиций, от которых мы зависели. Это российская, белорусская и казахстанская продукция. В этом плане у нас единственно нет торговли с Арменией. Потому что, во-первых, у нас схожие экономики, во-вторых, у нас нет комплиментарности, да и с советских времен не было зависимости с точки зрения товарных потоков, тем более инвестиций. Это единственная страна, с которой у нас почти нулевые показатели.

Казахстан наш ключевой сосед, тоже с быстрорастущим населением – там уже около 20 миллионов. Россия для нас ключевой рынок труда, мы здесь выиграли однозначно.

Где мы, возможно, пострадали, это, наверное, в том, что ранее у нас был паритет между товарными группами из Китая, России, Казахстана, Турции, Ирана, был кое-какой баланс и простой потребитель мог выбирать. После вступления страны в ЕАЭС, конечно же, импортерам нужно было соблюдать требования, о которых я говорил ранее. То есть выполнять требования технического регламента Таможенного союза. И также переходить к цивилизованным формам таможенной очистки. Это тоже немаловажно, потому что многие использовали челночные варианты, соответственно, они занижали стоимость, и это хорошо для простого потребителя. Он мог прийти на базар и купить что-то очень дешёвое, китайское, и был рад этому. Но от этого страдал бюджет. Эта продукция была не сертифицированная. После вступления в ЕАЭС у нас сейчас доминируют российские, белорусские, казахстанские товары. И, конечно же, китайская продукция, но уже сертифицированная, которая, как правило, заходит к нам не напрямую, а через крупные оптовые логистические центры на территории России или Казахстана. Поэтому, на самом деле, любой минус является плюсом.

Мы сейчас серьёзно задумались, как вступить в большую конкуренцию за логистику. Важно понимать, что ЕАЭС по сравнению с тем же Европейским союзом, хоть и является второй интеграционной структурой в мире по глубине, с другой стороны, даёт очень большую степень свободы странам, которые входят туда. Есть большой перечень изъятия, страны-члены могут в автономном режиме регулировать свои взаимоотношения с ВТО. То есть из 5 стран союза Белоруссия не является членом ВТО, а остальные являются.

- Местный бизнес, отечественное производство пострадало от вступления Кыргызстана в Таможенный союз? Ведь хлынул большой поток товаров из стран Евразийского союза. Как повёл себя местный бизнес? Пострадали ли его интересы?

- До вступления в Таможенный союз Кыргызстан по большей части торговал с Китаем, и часть потоков, которые шли по серым каналам, вынуждены были легализовываться либо «сварачиваться». То есть пострадал тот бизнес, который сидел на контрабанде.

Второе - пострадали те, кто вовремя не переориентировался, исходя из реалий рынка. Это бизнес. В бизнесе кто-то поднимается, кто-то разоряется. Большая часть малого и среднего бизнеса у нас ориентирована на рынок услуг внутри страны. Мы являемся неофициальной гастрономической столицей ЦА. То есть по количеству кафе и ресторанов Бишкек - номер один в регионе, даже сравнивая с такими «монстрами», как Ташкент и Алматы. Мы можем накормить всех, у нас все виды кухни и мы ориентированы на туризм, на продукцию первого передела, возможно на какие-то локальные рынки сбыта, которые требуют определенных комплектующих, полуфабрикатов из разных стран мира. Кто-то смог переориентироваться, кто-то просто наладил нормальные отношения. У нас до сих пор с Китаем очень хорошие именно торговые отношения. И по импорту мы как были, так и остаемся с Китаем, он для нас является приоритетным торговым партнёром по сей день. Другое дело, что изменилась структура этой торговли, и наш малый и средний бизнес, работающий в регионе, на мой взгляд, даже больше выиграл от вступления в ЕАЭС. Потому что, я не зря упоминул про сектор услуг, в том числе связанный со строительством, а наши мигранты, так называемые трудящиеся ЕАЭС, ежегодно перечисляют 2.5 миллиарда долларов в Кыргызстан. И эти деньги у нас традиционно уходят в основном на строительство домов, потому что, как правило, люди, работающие за границей, мечтают построить свой дом. Тут подстраивается сектор услуг, сектор производства стройматериалов, и т.д.

Кроме того, молодые люди едут заграницу, чтобы заработать деньги на свадьбу. У нас всегда активно функционировал рынок, связанный с проведением всевозможных торжеств. И если вы приедете в Бишкек, то удивитесь количеству таких заведений. По сути, вступление в ЕЭС, оно просто переформатировало подходы малого и среднего бизнеса. Никоим образом они не пострадали в глобальном плане, в плане того, что не получили дополнительную массовую безработицу, закрытие целых отраслей и т.д.

- Каковы перспективы расширения ЕАЭС? Как вы оцениваете перспективы интеграции Азербайджана, Узбекистана в этот союз? Стоит ли этим странам вступать в ЕАЭС?

- Тот этап, который прошли 5 стран ЕАЭС, он ещё пока до конца не осмыслен, потому что есть определённые моменты, которые требуют пересмотра. Я считаю, что раз мы говорим об этом как раз в канун 10-летия Евразийской экономической комиссии, бюрократы 5 стран нас немного под себя подстроили, то есть мы забюрократизировались. И большая часть бизнеса, большая часть простых людей не понимают иногда, как функционирует ЕЭС. Какова реальная, осязаемая польза. Поэтому здесь, в первую очередь я считаю, нужна перестройка каких-то внутренних механизмов ЕАЭС, так называемых органов. Там же есть и суд, и прочее, и автоматически мы должны становиться привлекательными для новых стран.

Узбекистан и Куба стали наблюдателями, до этого была Молдова, но Молдова занимает немного странный статус, одной ногой в ЕС другой в ЕАЭС. А после того, как госпожа Санду стала президентом, вообще уменьшились контакты с ЕАЭС. Поэтому, в лучшем случае, я бы рекомендовал на первом этапе, например, Азербайджану стать наблюдателем, как это сделал Узбекистан. Это не налагает никаких обязательств, с другой стороны, вы изнутри будете видеть происходящее благодаря наличию постоянного представителя при Евразийской экономической комиссии, за счёт участия в расширенном заседании глав государств ЕАЭС на евразийском межправсовете, где, как правило, присутствуют премьер-министры. Хуже от этого не будет. Право вступать или нет, в любом случае, остаётся за страной, это суверенное право. И здесь надо трезво оценивать свои выигрыши и проигрыши, особенно с учётом политического фактора. Вы не должны забывать, что одним из участников ЕАЭС является Армения и вы будете находиться с ней за одним столом. И мне достаточно сложно сейчас представить, что вы уберете таможенные посты на границе с Арменией. Понятно, что есть ещё пограничные и какие-то другие признаки суверенитета. Но убрать таможенные посты было бы неожиданным поворотом в развитии ваших двухсторонних отношений.

С другой стороны, для Азербайджана было бы немаловажно поднять статус тех граждан страны, которые заняты на рынке труда России. Мы можем поделиться опытом, достаточно подробно и системно показывать, где есть острые углы и подводные камни. Насколько мне известно, на данный момент в России граждан Кыргызстана работает в два раза больше, чем граждан Азербайджана. Это только по официальным данным. Поэтому их легализация и приведение их трудового статуса на уровень граждан РФ, упрощение системы трудоустройства, на мой взгляд, не самое плохое, что ваше правительство могло бы сделать для простых людей. Не для корпораций и большого бизнеса, а именно для простых людей. Здесь очень важен социальный фактор, фактор справедливости.

Подотовил Сеймур Мамедов
Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?

Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.
В появившемся окне опишите проблему и отправьте уведомление Администрации ресурса.

Добавить Комментарии (0)
Добавить комментарий